ДЕРЕВЕНСКИЙ КОЛИВИНГ: ЧТО РОДНИТ ЦИФРОВЫХ КОЧЕВНИКОВ И БАБУШЕК ИЗ ВОЛОГОДСКОЙ ДЕРЕВНИ?

На первый взгляд, у современного формата работы и жизни, когда мы не привязаны к месту, одержимы продуктивностью, окружены гаджетами, нет ничего общего с традиционной деревней. Тем более когда речь идет о цифровых кочевниках (цифровых номадах, англ. Digital nomad), которые постоянно путешествуют и при этом решают все рабочие вопросы с помощью цифровых технологий. Трудно представить такого человека в бревенчатой избе вдали от города и вай-фая и еще сложнее поверить, что из этого выйдет что-то путное. Но два таких непохожих проекта — станция «Смена» и «Horovodproject» — объединились в «Реальную деревню», чтобы провести свой эксперимент в деревне Епифанка Вологодской области.

Я живу в городе и привыкла к городским удобствам и возможностям. Мне нелегко, когда летом на 2 недели отключают горячую воду, и я начинаю паниковать, если не ловит интернет. Мне нравится, что каждый день я могу куда-то выбраться (в парк, театр, в бассейн или на скалодром), а если совсем лень — найти, что угодно, в сети и этим заполнить вечер. Или просто потрепаться с друзьями в чатиках. Возможность выбора дает мне спокойствие и уверенность. Когда появляется желание настоящего, меня спасают природа и путешествия в места подальше и подиковеннее. Ненадолго, потом снова в «коммунальный рай без тревог и забот».

Оказаться в деревне, в цифровой изоляции, в компании незнакомых людей для меня вызов. Никакого тебе горячего душа, удобного дивана, микроволновки, ленты перед сном и личного пространства. Поначалу все было дико непривычным и казалось, что в бытовом плане я откатила на несколько десятилетий назад. Вода из колодца, отопление — печное, вместо душа — баня, затопить которую — тоже целое искусство. Зачем такие испытания?

Я подписалась на этот эксперимент из-за громкого названия «фольклорная экспедиция» и связанных с ним ожиданий.

Пока мы привыкали к бытовым сложностям, выяснилось, что жизнь в глубинке — это тот самый «коливинг» и Станция Смена, который захватывает мир диджитал номадов, с теми же принципами, но в старинном формате. 

  • «Коммьюнити», где можно поделиться мыслями, заботами и «болью», получить совет и поддержку, или свежий взгляд на проблему. И все это за чашкой чая. Чаепитие из простого способа утолить жажду превратилось в бесконечный обмен идеями, способ решения всех вопросов. Без чая дело не заладится. Один из инструментов Станции Смена — «чек-ин», с помощью которого участники делятся своими чувствами и переживаниями, тоже быстро перерос в чай-ин. Полезная привычка для личностного роста и осознанности.
  • Эджайл: работай на любом месте, которое успел занять: на печке, кухне или лестнице на второй этаж. Работай на том ноуте, который свободен. В нашем коммьюнити мы пошли дальше и придумали эджайл слипинг: лучшие места (на печи и диванах) разыгрывались, а на полу раскладывай спальники, как хочешь.
  • Цифровой детокс, причем принудительный. Чтобы не потеряться в белоснежных просторах, приходится ориентироваться по гугл-мэпс, нарисованными на ватмане, или искать «языка». Чтобы скинуть смску маме, нужно пошаманить и найти место, где есть EDGE. Хотя, если бы интернет и был, вряд ли мы зависали в нем — время и так пролетало незаметно. Споры и обсуждения в отсутствии интернета еще интереснее: за пруфлинками приходится лезть не в поиск, а в собственную голову.
  • Эко-режим. Разделение отходов тут на подсознательном уровне: вот эта органика превратится в удобрение, бумагу - на розжиг в печь, а остальное — увезем с собой в город, чтобы не загрязнять свое пространство. Ресурсосбережение тоже включается автоматически, без всяких напоминаний: тебе просто не хочется лишний раз надевать валенки и идти на мороз за водой, поэтому расходуешь ее экономно.
  • ЗОЖ: положенные тысячи шагов находишь уже по маршруту дом-туалет-колодец-баня. А если еще и за рецептом сходить к местному гуглу, бабе Тане, дневная фитнес-цель точно выполнена.
  • Slow living: в деревне не принято спешить. Природа, правила быта, люди — все учит работать вдумчиво и размеренно. «Плита» зажигается не нажатием кнопки, ее придется растопить, подождать, пока останутся угли, выпить за это время не одну чашку чая. Спешка или невнимательность в таком деле обернется сгоревшими пирожками.

 

Казалось бы, как такая размеренность вяжется с продуктивностью? Если ориентироваться на стандартные принципы с дедлайнами, списками — никак. Поначалу мы пытались вогнать себя в какие-то рамки: придумали распорядок, который полетел в первый же день, фиксировали идеи, планировали мероприятия и старались заранее решить что-то за других людей. Но плавно все это перетекло в творческий неуправляемый поток: ивенты рождались спонтанно, воркшопы шли не по расписанию, а по принципу «хотите научу вас танцевать Тимоню?». И герои для наших фольклорных целей тоже появлялись как бы случайно: «Тут у нас дедушка 97-летний, который частушки с «картинками» поет». Вроде совсем не по плану, а получили то, что хотели, и даже больше.

  • И, наконец, совместная работа. Одному деревенскую жизнь вытянуть сложно. Поэтому все помогают друг другу. Те, у кого есть машина или снегоход, развозят продукты и воду бабушкам, а то и самих бабушек. Здесь все совместно: обед приготовить, баню растопить или, как в нашем случае, мультик снять — подключается тот, кто сейчас свободен.

Бабули не слышали о воркшопах, но с удовольствием делятся опытом, не знают о перфомансах, но поют песни под гармонь. Выйти зимой на мороз за дровами для них не челлендж, а необходимость, которая уже превратилась в привычку. Они никогда не слышали о комьюнити, но, по сути, живут в ней. Похоже, все новые идеи продуктивной, свободной и экологичной жизни (в широком смысле) совсем не новы — они родом из деревни, где живы до сих пор.

Автор текста: участник проекта "Реальная Деревня" Дарья Большакова

Фото: участники проекта "Реальная Деревня" Ольга Карпушина, Анна Дмитриева